BOOKS: ЛАВАНДОВАЯ КОМНАТА

Изначально я задумывала этот текст, как подборку легких книг для ленивых выходных, но проведя с «Лавандовой комнатой» несколько волшебных дней, я поняла, что двумя абзацами мне здесь не «отделаться». Это книга, которую я, возможно, буду дарить на дни рождения близким друзьям, буду брать с собой в отпуск и уж точно буду цитировать любимые места и надеяться, что-то когда-то по ней снимут кино.  И, чтобы вам было проще меня понять, для начала прочитайте вот это. Только, пожалуйста, не спешите. 

Вскоре под кастрюлями и разнокалиберными сковородками уже шипело голубое пламя, тихо булькал сливочный соус с белым вином и луком-шалотом, а в тяжелой сковороде покрывался нежным румянцем картофель в оливковом масле с розмарином и солью. Окна запотели.

 

Они беседовали так непринужденно, как будто знали друг друга много лет. О Карле Бруни, о морских коньках, самцы которых вынашивают потомство в кармане на брюшке. О моде на соль с разными вкусовыми добавками. И, разумеется, о соседях.

 

Темы, серьезные и легкие, приходили сами собой между вином и рыбой, за совместными кулинарными манипуляциями. Эгаре казалось, что они с Катрин фраза за фразой открывают свое внутреннее родство.

 

Он делал соус, Катрин жарила в этом соусе рыбу. Ели прямо из сковородок, стоя, поскольку у Катрин был всего один стул.

 

Она налила вина, легкого желтого тапи из Гаскони. И он действительно пил! Осторожными глотками.

«Лавандовая комната» – это история про парижанина средних лет, Жана Эгаре, владельца необычного «плавучего» букинистического магазина под названием «Литературная аптека». Этот чудаковатый на первый взгляд месье всю жизнь был глубоко убежден, что по-настоящему хорошая и верно подобранная книга может излечить человека от разнообразных сердечных недугов, печалей и «маленьких», но болезненных душевных тяг, к которым стараешься привыкнуть с течением времени. Сам Эгаре, к несчастью, не смог подобрать нужного литературного лекарства для собственной печали: вот уже двадцать лет он старается перечеркнуть прошлое, которое упрямо стучится в его окна и двери. Но вскоре все изменится, когда плавучая «Литературная аптека» отправится в невероятное путешествие по Сене – мимо Сансера, Невера, Дигуэна, Лиона – на пути в Прованс!  

Эгаре закатал рукава белой рубашки, поправил узел черного галстука, надел очки для чтения, которыми стал пользоваться с недавних пор, и почтительным жестом пригласил клиентку проследовать с ним в святая святых своего литературного мира: в читальный зал со скамеечкой для ног и видом на Эйфелеву башню, открывающимся в огромном, два на четыре метра, окне. И, конечно же, со столиком для дамских сумочек, пожертвованным матерью мсье Эгаре, мадам Лирабель. А рядом – старое пианино, ради которого Эгаре два раза в год вызывал настройщика, хотя сам играть не умел. 

Автор романа – немецкая писательница Нина Горге – в прошлом фриланс-редактор журналов Cosmopolitan, Penthouse и TV Movie. До «Лавандовой комнаты», которую она посвятила отцу, Нина выпустила еще несколько книг под разными псевдонимами. «Комната» мгновенно стала бестселлером в Германии и была переведена на несколько иностранных языков.

 

А если отбросить сухость фактов биографии автора, то эта книга из тех, которую нужно смаковать  –  страничка за страничкой, как едят лавандовый крем-брюле крошечной чайной ложечкой. Книжные черви будут подчеркивать в ней меткие цитаты о целебных свойствах литературы, кулинары услышат со страниц ароматы прованских трав и пастиса, а московские «парижане» будут записывать в заметки на телефоне адреса кафешек и живописных улочек «из книги».

 

В общем, на мой вкус, «Лавандовая комната» чудо как хороша. Как воскресный завтрак, когда ты рано встаешь и готовишь для большой семьи что-то дивное по рецепту бабули, как аромат первой чашки кофе после душа и как первый бодрящий заплыв в ледяной воде бассейна. Любовь, солнце и вдохновение. Именно то, что всем нам нужно в ожидании весны.

Он протянул Жордану свой последний экземпляр этой книги:

 

– Почитайте вот это. По три страницы каждое утро, лежа, до завтрака. Пусть это будет первое, что проникнет в вашу душу. Через пару недель вы перестанете чувствовать себя таким израненным. И избавитесь от ощущения, что ваш творческий кризис – это расплата за успех.

 

ФОТО: АННА ЯКОВЛЕВА, PARIS WITH ME